Бархатная песня - Страница 52


К оглавлению

52

Но она уже воздела руки вверх и склонилась перед ним в притворном самоуничижении.

— Ладно, наверное, тебя надо простить. Ты ведь не знаешь, каков этот человек. Возможно, для тебя все дворяне одинаковы.

Но теперь оскорбилась она. Говоря о ней, он подразумевал людей ее сословия, которые верили в ведьм и что король добр, а суд справедлив и в прочие глупости, и она стукнула кулаком по воде, так что та брызнула Рейну в лицо.

Он схватил ее за руку:

— Это за что же? Я простил, что ты скрылась, спас твою шкуру от костра и женился на тебе, а ты не выказываешь никакой благодарности!

О, как бы ей хотелось заговорить. Тогда бы она ему рассказала, да так громко, что у него уши бы заложило, как покинула его, опасаясь за его жизнь, ведь ему угрожал гнев короля, а ей самой костер, так как она носила его ребенка. А что касается женитьбы, то он, конечно, сделал это из своего дурацкого понятия чести.

— Мне нравится то, о чем ты думаешь, — сказал он, притягивая ее поближе. — Гевин посмеялся, когда я сказал, что ты должна быть благодарна мне за мое поведение. И еще он говорил, что женщины всегда поступают вопреки ожиданиям мужчин. Я имею в виду логику. Ну выкладывай, что я еще не так сделал.

Она сжала изо всей силы кулак и пригрозила, что сейчас ударит его.

— Аликс, ты, честное слово, испытываешь мое терпение. Неужели ты так плохо думаешь обо мне? Два последние дня были просто ужасные. Мне пришлось ночью влезать на площадку в башню, убить стражника на крыше, надеть его доспехи, и все так тихо, чтобы другой ничего не заметил.

Теперь он уже держал ее за обе руки, и она чувствовала, как сердце у нее тает. Какая важность, что ей грозила смерть на костре, в том его вины не было. Но он очень рисковал, чтобы ее спасти.

— Ну разве ты хоть немного мной не довольна? — прошептал он, коснувшись губами ее губ. — Разве ты хоть немножко не рада, что вышла за меня?

Аликс почувствовала, как слабеет перед его натиском, она словно растворялась, исчезала под воздействием его силы и не заметила, как он перетащил ее через бортик корыта. С громким всплеском он усадил ее к себе на колени, и вода хлынула через край.

— Нет, теперь уж я тебя заполучил, — рассмеялся он, когда она попыталась встать. — И проучу за неблагодарность.

Рейн снова рассмеялся. Аликс хотела возразить, но голос у нее был еле слышный и хриплый. А когда он начал ее целовать, Аликс уже было не до того, чтобы вести разговоры.

ГЛАВА 15

Ее руки обвились вокруг его шеи, и она совсем позабыла, что сердится. Она так давно его не видела, она так безмерно по нему соскучилась! Аликс жадно притянула Рейна к себе и прильнула к его рту.

— Аликс, — прошептал он, целуя ее волосы. В голосе Рейна слышались слезы. — Я увидел тебя, когда взобрался на стену. Ты сидела одна в башенной комнате и тихо плакала. Ты была такая маленькая, такая грустная. Я тогда же хотел убить стражников, но я не знал, могу ли положиться на лесных бродяг. Если бы мои братья могли прийти ко мне на помощь, я бы ринулся сразу же, но тут я опасался, как бы ты не пострадала.

Она подняла голову, услышав о братьях. Элизабет!

— Что такое, Аликс? Что-то не так?

Она старалась выговорить слово «Элизабет», но он не смог понять. Сделав еще несколько попыток, она ухитрилась произнести «Майлс».

— Ты виделась с моим младшим братом? Нет, этого не может быть. Он сейчас на острове Уайт. После того как Мэри… умерла, Майлс почти обезумел от горя, и Гевин уговорил его навестить дядю Саймона. Но несколько недель назад Майлс уехал от него.

Рейн удивился, так как Аликс энергично замотала головой. «Майлс», — продолжала она произносить одними губами.

— Что-нибудь с ним случилось? Он в опасности?

Не успела Аликс кивнуть, как Рейн уже вылез из, лохани, опираясь одной рукой на жену. Он быстро усадил ее, завернул в плащ и надел свой набедренник.

— Пойдем к Гевину, ты ему напишешь, что хочешь сказать.

Они стремительно вышли из комнаты, и Аликс внезапно покраснела, потому что, кроме мокрого белого платья, под плащом на ней ничего не было, а Рейн, можно сказать, совсем был гол, и в подобном виде он тащил ее по такому святому месту, как монастырь. Они нашли Гевина в конюшне.

— Ты не собираешься ли куда-нибудь, братец? — поддразнил он Рейна. — Мне кажется, однако, что новобрачная заслуживает некоторого внимания с твоей стороны.

Рейн пропустил шпильку мимо ушей.

— Аликс говорит, что Майлс попал в передрягу. Она сейчас напишет тебе, что случилось. Гевин сразу посерьезнел.

— Пойдем к монаху в кабинет. — И он пошел такими большими шагами, что Аликс не смогла бы за ним поспеть, если бы Рейн не схватил ее за руку и не потащил за собой.

«Ему, пожалуй, нравится, что я лишилась голоса», — подумала Аликс.

Монах, которого они застали в кабинете, запротестовал против присутствия женщины, но братья не обратили на это никакого внимания.

— Пиши! — сказал Гевин, порывисто подавая ей бумагу, перо и чернила.

Аликс потребовалось несколько минут, чтобы описать, как Пагнел связал Элизабет Чатворт и его план выдать ее таким образом на бесчестье Майлсу. Пока Аликс излагала эту историю, Рейн и Гевин нависали над ее плечами, и ей стало душно, а ладони вспотели.

— Элизабет Чатворт, — прошептал Гевин, — а я думал, что она еще ребенок.

Аликс отрицательно покачала головой.

— А как она выглядит? — спросил серьезно Рейн.

Лицо у Аликс было достаточно выразительно, чтобы они все поняли.

— Королю такое не понравится, — сказал Гевин. — Он наложил большой штраф на все земли Чатвортов и приказал Роджеру держаться подальше от земельных владений Монтгомери.

52